24 марта 2026, 12:00
Источник 
24.kg
Комментарии
В прокат вышел фильм "Черный двор" - продолжение одного из самых обсуждаемых сериалов последних лет. Проект называют новой точкой отсчета для кыргызского кино.
Почему индустрия в стране переживает бум, как кавээнщики стали главными продюсерами и действительно ли "Черный двор" - это больше чем просто кино? Об этом в интервью 24.kg рассказал генеральный продюсер 1.1 Studio Аскат Табалдиев Фото 24.kg "Биртууганчик" дал нам деньги и уверенность
- Ты ведь из КВН. В какой момент стало понятно, что это уже не просто сцена, а путь в кино?
- Переломным стал "Биртууганчик". Мы тогда заработали около полумиллиона долларов. Если честно, для нас это космические деньги. До этого мы машины закладывали, где-то подрабатывали, выступали. А тут - ты делаешь контент, вкладываешь туда смысл, людям это откликается, они платят, и ты еще можешь кормить семью. Это стало открытием.
- Именно тогда вы решили: все, идем в кино?
- Да. Мы поняли, что хотим не просто снимать, а строить продакшен. Причем не на уровне "сняли - заработали", а с амбициями выйти на международный рынок. Тогда это казалось безумием, но мы решили идти.
"Мы дрались на съемках - два режиссера, два льва" Фото из интернета - У вас редкий кейс: бизнес с друзьями. Обычно это плохо заканчивается. - У нас тоже не сразу все шло гладко. Мы с Данчиком реально дрались на площадке. Два режиссера, два характера. Катались по полу, душили друг друга (смеется).
- Серьезно?
- Абсолютно. Но потом пришло понимание: либо мы развалимся, либо научимся слышать друг друга. Мы разделили зоны ответственности - творческая и организационная часть. Стало легче.
- Сейчас систему выстроили?
- Да. У нас контракты, четкие роли, правила. Но главное - уважение. Мы очень разные, и в этом сила. Один - математик, другой - чистый креатив, третий - амбициозный лидер. Я где-то между ними балансирую.
"Кино в Кыргызстане делают кавээнщики - потому что больше некому" - Сегодня много критики: "Кавээнщики, блогеры делают кино". Как ты к этому относишься?
- Это реальность. У нас нет сильной киношколы. Нет индустриальной базы, как в России или других странах. Есть КВН, и это реально кузница кадров.
- То есть альтернатива просто не сформирована?
- Да. Кавээнщики - это люди, которые не боятся делать. Мы авантюристы. Мы не думаем долго - берем и снимаем. Так родилась новая киноиндустрия.
- Но цифры впечатляют.
- Конечно. Около 80 процентов проката - это кыргызские фильмы. Снимается более 80 картин в год. Это сумасшедшие цифры для такой страны.
"Если государство начнет диктовать - мы уйдем" Фото 24.kg - Сейчас государство начинает вкладываться в кино. Это плюс или риск? - Это нормально, если есть диалог. У государства свои интересы - это логично. Но если все превращается в диктат - тогда нет.
- То есть?
- Если нам скажут: "Снимайте вот это, а это нельзя" - разговор короткий. Мы жили без этого и проживем. Но сейчас, честно скажу, диалог есть. Появился парк креативных индустрий, есть сотрудничество с Министерством культуры.
- Есть совместные проекты?
- Да. Мы делаем несколько проектов с государством. Например, сериал о футболе - это вообще наша мечта. Мы хотим мотивировать молодежь заниматься спортом.
"На седьмой день деньги закончились" Фото из интернета - Давай к "Черному двору". Сериал стал феноменом. Как его создавали? - Очень жестко. На седьмой день съемок деньги закончились. А впереди еще месяц работы.
- И что вы сделали?
- Сели, посмотрели друг на друга и поняли: либо бросаем, либо идем до конца. Вложили свои деньги. Реально рисковали всем.
- Вы понимали, что делаете хит?
- Мы понимали, что делаем что-то сильное. Но насколько - нет. Просто было ощущение: это другой уровень.
- И это с бюджетом...
- Около $200 тысяч на весь сериал. 12 серий. Для сравнения - у Netflix одна серия может стоить $1,5-2 миллиона.
- И вы с этим бюджетом попали на фестиваль в Пусане?
- Да. Мы стояли в одной номинации с Netflix. Проиграли Netflix India, но это нормально. Сам факт - уже победа.
"Мы не хотели убить культ" Фото 24.kg - После такого успеха логично было снять второй сезон. Почему не сделали? - Потому что история закончилась. Мы не хотели превращать это в конвейер. Есть проекты, которые должны остаться культовыми.
- Но фильм все-таки появился.
- Да, спустя время. Мы выросли как продюсеры и поняли: есть франшиза, есть спрос. И главное - есть история, которую можно рассказать дальше.
"Мы попали в нерв, но сами не до конца понимаем как" - В чем секрет успеха "Черного двора"?
- Это совокупность. Каст, маркетинг, эпоха. Но главное - тема.
- Какая именно?
- Отношения родителей и детей. Если ребенок не получил любовь, он ломается. Это фундамент. Зритель это чувствует.
- То есть это не о криминале?
- Нет. Это о выборе. О последствиях. О жизни.
"Мы не романтизируем - мы предупреждаем" - Есть мнение, что фильм романтизирует преступность.
- Я не согласен. Посмотри на структуру. В классических историях герои сначала поднимаются вверх - деньги, власть, успех. Потом падают.
- А у вас?
- У нас сразу вниз. С каждой серией хуже. Ошибки, предательства, потери. Это антипример. Это не "смотри и повторяй", это "смотри и не делай так".
"Русский язык - это органика времени" - Почему фильм на русском языке, и при этом он "зашел" в Кыргызстане? - Потому что мы показываем 2000-е. Тогда все говорили на русском. Это органично. Плюс сериал стал популярным по всему СНГ, и у нас уже была большая фан-база.
"Сначала стань чемпионом дома" - Вы сейчас выходите на международный уровень. В чем стратегия?
- Очень простая. Нельзя сразу пойти на Netflix. Ты должен стать чемпионом у себя.
- И потом?
- Потом тебя заметят. Но только если у тебя есть свой код - своя душа, своя история, как у корейцев. Они сначала сделали свой рынок, а потом взорвали мир.
- Вы идете тем же путем?
- Да. Сначала Центральная Азия. Потом Юго-Восточная Азия, Индонезия, Малайзия. Это огромные рынки.
"Сколько стоило кино? - Не твое собачье дело" - Выглядит дорого. Давай честно: сколько стоил фильм?
- Итоговые расходы поймем позже - маркетинг еще идет.
- Ну хотя бы производство?
- Не твое собачье дело (смеется).
- То есть не скажешь?
- Не скажу. Есть вещи, которые лучше оставить внутри. Скажу так: мы вложились серьезно. Но для нас важнее не цифра, а результат.
- А он есть?
- Есть. Зритель идет, поддерживает, обсуждает - значит, все было не зря.
- Но вы ведь уже вышли в лидеры проката?
- Да, мы стали лидерами по кассовым сборам за уикенд сразу в двух странах - в Кыргызстане и Казахстане.
- Это уровень регионального хита.
- Это и есть наша цель. Мы изначально хотели делать не локальный продукт "только для себя", а историю, которая будет работать на весь регион. Сейчас мы видим, что это реально.
- Можно сказать, что "Черный двор" - это уже не просто фильм, а явление?
- Думаю, да. Потому что это не только о сборах. Это про обсуждение, эмоции, узнавание себя. Когда люди выходят из зала и продолжают говорить - значит, мы попали.
"Мы только начинаем" - Ты сейчас в своей прайм-форме?
- Думаю, нет. Мы только начинаем. У нас еще много всего впереди.
- И главный принцип?
- Делать честно. Делать с душой. И не бояться. Потому что, как показывает практика, даже если у тебя нет денег - если есть идея, ты все равно сделаешь.
"Черный двор" - это не просто фильм. Это отражение поколения, которое выросло на улицах, ошибках и выборе. И, возможно, первый по-настоящему масштабный сигнал: кыргызское кино готово говорить с миром на равных.
